Terpen 27.10.08 22:23

Тонкая сказка. И грустная. Очень грустная.
"Заложники". Я бы так рассказ назвал. Вроде и свободен каждый, ан нет... И Леди, и Дракон, и Рыцарь... нет воли у них. Марионетки. На ниточках. Правила такие. Победителей нет. Не должно быть.
Даже рыцарь, он ведь не стал свободным. Просто поменял одну проблему на другую. Теперь он всегда будет бояться, что кто-то знает. Или может узнать... Просто он ещё не понял. Не осознал. Потому и весел.
Такие дела... Тонкая сказка. И грустная. Очень грустная. "Заложники". Я бы так рассказ назвал. Вроде и свободен каждый, ан нет... И Леди, и Дракон, и Рыцарь... нет воли у них. Марионетки. На ниточках. Правила такие. Победителей нет. Не должно быть. Даже рыцарь, он ведь не стал свободным. Просто поменял одну проблему на другую. Теперь он [B]всегда[/B] будет бояться, что кто-то [B]знает[/B]. Или может узнать... Просто он ещё не понял. Не осознал. Потому и весел. Такие дела...

Scarlett 26.10.08 22:34

Рыцарь, дракон, сказка, все замечательно...Но где пИнгвин? И почему это устройство ищет самку пИнгвина? Рыцарь, дракон, сказка, все замечательно...Но где пИнгвин? И почему это устройство ищет самку пИнгвина?

Екатерина 26.10.08 15:05

Жила в семействе Нортон девица юных лет,
Красивая и статная, каких не видел свет.
Звалась она Ровеной и так была мила,
Что многих знатных принцев она к себе влекла.
Любить ее всем сердцем охотно б каждый стал.
Кто раз ее увидел, тот лишь о ней мечтал.
Все думали Ровена для женщины любой
Могла бы стать примером своей чистой душой.
Она собой гордилась, ей нравилась хвала.
Поэты посвящали ей светлые слова.
И в сердце юной девы открылась в ужас дверь
Душа ее не птица, душа в ней стала зверь!
Ах, бедная Ровена, не в зеркало смотрись,
Задумайся о ближних, к добру в себе стремись!
Но нет! Она не внемлет, она теперь живет
В одной лишь жажде славы, без хвастовства умрет.
И стала Дева – Логово, ей добрый мир постыл
Чудовищные монстры любви рождали пыл.
Разбойники без чести, что грабят у дорог,
Сектанты темной нечисти, и мерзкий дикий орк.
Вся нежить безобразная, и тролли, зомби, мразь,
Ей нравились, она тянулась не к свету, прямо в грязь.
Об этом люди добрые не знали, лишь один
Смельчак и рода бедного, но лучший из мужчин,
Лишь тот прекрасный Рыцарь, что верил и любил,
Не мог не видеть этого и для Ровены жил.
Он мчался ей на выручку, спасал ее всегда,
«Ровена, вы в порядке?» ответ холодный «Да»
Тот рыцарь был так молод и сам не понимал,
Что каждый раз спасая, он ей лишь жить мешал.
Что встав на путь ужасный, Ровена не могла
Не быть уже чудовищем, ее пленила мгла.
Он думал, что все монстры, которых он убил
Извне приходят к деве, что мрак их породил.
За красотой Ровены не мог он различить
Черты всей этой нечисти не мог он уловить.
Сражаясь со всем темным, в Ровену верил он,
Ровена же смеялась, звала его шутом.
И так бы продолжалось течение тех лет,
Но вот однажды утром Дракон увидел свет.
Он был рожден Ровеной, для шутки и утех -
Пожарища в селеньях, смерть и страданья всех,
Наш Рыцарь вновь подумал, что девица в плену,
Дракона победил он и спас ее одну.
Вбежал в ее темницу, хотел прижать к груди,
Хотел он насладиться победой, но «Иди!
Иди! – она сказала,- седлай коня и в путь»
Но свет луны прекрасной и ей не обмануть!
Она стояла гордо в луче, что лил свой свет
И рыцарю открылось – Прекрасной девы нет!
Уж нет давно Ровены, что красотой слыла,
Пред ним стоит простая любительница зла…
Все что прекрасно было – все умерло давно.
Пред ним стояло нечто, ужасное дерьмо.
Глаза его раскрылись и понял он тогда,
Что все с кем он сражался не делись никуда.
Что их сама Ровена в себе хранит лилея
И он убил красотку ни капли не жалея.
Одним ударом верным он нечисть всю сразил,
Но как он после этого всю жизнь свою прожил?
Красавиц он не мало встречал в своем пути
Но веры к ним, доверия, не мог уже найти.
В прекрасной Леди видел он сонм чудовищ злых.
Ровена торжествует! Ровена не мертва.
Ведь Рыцарь носит в сердце осколок ее зла.
Жила в семействе Нортон девица юных лет, Красивая и статная, каких не видел свет. Звалась она Ровеной и так была мила, Что многих знатных принцев она к себе влекла. Любить ее всем сердцем охотно б каждый стал. Кто раз ее увидел, тот лишь о ней мечтал. Все думали Ровена для женщины любой Могла бы стать примером своей чистой душой. Она собой гордилась, ей нравилась хвала. Поэты посвящали ей светлые слова. И в сердце юной девы открылась в ужас дверь Душа ее не птица, душа в ней стала зверь! Ах, бедная Ровена, не в зеркало смотрись, Задумайся о ближних, к добру в себе стремись! Но нет! Она не внемлет, она теперь живет В одной лишь жажде славы, без хвастовства умрет. И стала Дева – Логово, ей добрый мир постыл Чудовищные монстры любви рождали пыл. Разбойники без чести, что грабят у дорог, Сектанты темной нечисти, и мерзкий дикий орк. Вся нежить безобразная, и тролли, зомби, мразь, Ей нравились, она тянулась не к свету, прямо в грязь. Об этом люди добрые не знали, лишь один Смельчак и рода бедного, но лучший из мужчин, Лишь тот прекрасный Рыцарь, что верил и любил, Не мог не видеть этого и для Ровены жил. Он мчался ей на выручку, спасал ее всегда, «Ровена, вы в порядке?» ответ холодный «Да» Тот рыцарь был так молод и сам не понимал, Что каждый раз спасая, он ей лишь жить мешал. Что встав на путь ужасный, Ровена не могла Не быть уже чудовищем, ее пленила мгла. Он думал, что все монстры, которых он убил Извне приходят к деве, что мрак их породил. За красотой Ровены не мог он различить Черты всей этой нечисти не мог он уловить. Сражаясь со всем темным, в Ровену верил он, Ровена же смеялась, звала его шутом. И так бы продолжалось течение тех лет, Но вот однажды утром Дракон увидел свет. Он был рожден Ровеной, для шутки и утех - Пожарища в селеньях, смерть и страданья всех, Наш Рыцарь вновь подумал, что девица в плену, Дракона победил он и спас ее одну. Вбежал в ее темницу, хотел прижать к груди, Хотел он насладиться победой, но «Иди! Иди! – она сказала,- седлай коня и в путь» Но свет луны прекрасной и ей не обмануть! Она стояла гордо в луче, что лил свой свет И рыцарю открылось – Прекрасной девы нет! Уж нет давно Ровены, что красотой слыла, Пред ним стоит простая любительница зла… Все что прекрасно было – все умерло давно. Пред ним стояло нечто, ужасное дерьмо. Глаза его раскрылись и понял он тогда, Что все с кем он сражался не делись никуда. Что их сама Ровена в себе хранит лилея И он убил красотку ни капли не жалея. Одним ударом верным он нечисть всю сразил, Но как он после этого всю жизнь свою прожил? Красавиц он не мало встречал в своем пути Но веры к ним, доверия, не мог уже найти. В прекрасной Леди видел он сонм чудовищ злых. Ровена торжествует! Ровена не мертва. Ведь Рыцарь носит в сердце осколок ее зла.

Alla 26.10.08 03:23

Мне понра...
Не люблю теток, которые так выделываются... Мне понра... Не люблю теток, которые так выделываются... ;) :)

EVA 26.10.08 02:29

У Дино Буццати есть рассказ "Как убили дракона". Он совсем иной, конечно, но он исполнен тем же настроением - все хотят только покоя. И только для себя )))

Мне категорически понравилось ))) У Дино Буццати есть рассказ "Как убили дракона". Он совсем иной, конечно, но он исполнен тем же настроением - все хотят только покоя. И только для себя ))) Мне категорически понравилось )))

Elvient 26.10.08 00:47

Прямо скажу - до Фрумыча далеко...
И совсем не понятно - это юмор? или совсем грустный юмор?...
Действительно - короткие рассказы не твоя епархия... Прямо скажу - до Фрумыча далеко... :poppet: И совсем не понятно - это юмор? или совсем грустный юмор?... Действительно - короткие рассказы не твоя епархия...

Dark_Рenguin 26.10.08 00:28

- А зачем? – криво ухмыльнулся рыцарь. – Зачем кому-то везти выкуп? Зачем снаряжать отряды для спасения, ведь межевые рыцари, профессиональные мечники и прочие наемники тоже хотят денег. Зачем вообще напрягаться и тратиться, если есть сэр Брюс, который в любой миг должен бросить все свои дела и поспешит на выручку леди Ровене, как только услышит, что она попала в беду?
- Э… полагаю, что сэр Брюс – это ты, - сказал дракон.
- Ага, - сказал рыцарь. – Знаешь, сколько народу я уже убил из-за этой… леди?
- Много? – попытался угадать дракон.
- Больше, чем во всех войнах, в которых я участвовал, - сказал рыцарь. – А я, знаешь ли, участвовал во многих войнах, и никогда не отсиживался в тылу.
- И как же тебя угораздило? – сочувственно спросил дракон.
- По молодости, - признался рыцарь. – Мне было семнадцать лет, я выиграл первый в своей жизни рыцарский турнир, в финальной схватке выбив из седла самого сэра Барристана Отважного… Я был опьянен открывающимися передо мной перспективами, и провозгласил леди Ровену своей дамой сердца.
- А благородный рыцарь всегда должен придти на помощь своей даме сердца, когда она попадает в беду, - догадался дракон. – Репутацию надо поддерживать.
- Кто же знал, что эта леди притягивает беды, как… как… ну, словом, она и есть – одна сплошная ходячая неприятность. Уже десять лет я только и делаю, что избавляю ее от проблем. Мне уже прозвище дали – сэр Брюс Избавитель. Заметь, не Убийца Орочьих Шаманов, не Истребитель Огров или Гроза Некромантов, а Избавитель.
Рыцарь снова сплюнул на траву.

- Достало меня это все, - сказал он. – И зачем ты ее похитил?
- Деньги были нужны, - сказал дракон. – Присмотрел себе небольшое угодье в западных землях, пещеры там хорошие, глубокие, не то, что здесь. Есть несколько хороших пастбищ. Заведу стада, найму пастухов, чтоб за ними присматривали, буду жить спокойно, ни на кого не нападая, ни с кем не сражаясь… Устал я, знаешь ли, от лихой драконьей жизни, покоя хочу. Одних только рыцарей за последних год штук восемь угробить пришлось. Крестьян-то я уже и не считаю, сбился со счета после той деревни, где они на меня с вилами поперли… И всего-то из-за одной тощей овцы…
- Понимаю, - сказал рыцарь. – Я б тоже завалился в свой родовой замок, плевать, что он маленький, плевать, что сквозняки… Устроиться перед камином, пить горячий грог и слушать рассказы о далеких войнах и славных походах, в которых принимает участие кто-то другой… А вместо этого… Тьфу!
- Слушай, а леди Ровена… зачем она это делает?
- От скуки, - сказал рыцарь. – И потом, благородные дамы, находясь в компании других благородных дам, любят похвастаться теми неприятностями, в которые они попадают и из которых их выручают отважные рыцари. Она даже составляют рейтинги, кого большее количество раз спасали. Последние пять лет леди Ровена лидирует. Бессменно.
- И это все ты? – спросил дракон.
- Да, это все я.
- И что ты с этого имеешь?
- Ну… - рыцарь замялся. – Ее отец дружески похлопает меня по плечу и скажет, что я молодец. Леди Ровена назовет меня самым отважным, поцелует меня в щечку и пришлет служанок, чтобы те омыли мои раны… А ран каждый раз более, чем достаточно. Еще иногда подарит очередную ленточку на мое копье или еще какую-нибудь безделушку. У меня в спальне уже целый сундук это дребедени.
- И все? – изумился дракон.

- Все, - казал рыцарь. – А что еще-то?
- Ну, золото, например.
- Благородный рыцарь, спасающий свою даму сердца, в материальном поощрении не нуждается, - вздохнул рыцарь. – Нельзя за такое денег брать. Репутация дороже, сам понимаешь.
- А это? – дракон сделал передними лапами характерный жест.
- Этого ни-ни, - сказал рыцарь. – Благородные леди этим до свадьбы не занимаются.
- И когда у вас свадьба? – поинтересовался дракон.
- Ее за меня никогда не выдадут, - сказал рыцарь. – Мой род благороден, а сам я прославлен в боях, но... Слишком беден я, чтобы стать мужем леди Нортон. Да оно и к лучшему. Я уже присмотрел себе пару симпатичных селянок, да и маркиза де Кларье весьма недурна собой и совсем не прочь связать свою судьбу с отважным воином.
- То есть, убивать за леди Ровену ты должен, а…
- А больше – ничего, - подтвердил рыцарь. – Никаких прав, только одна почетная обязанность.
- Странный ты человек, - сказал дракон.
- Когда она выйдет замуж, проблемы лягут на плечи ее мужа, - сказал рыцарь. – Только замуж она еще нескоро выйдет, ее отец слишком придирчив в выборе женихов. А пока мне приходится отдуваться.
Рыцарь надел обратно латную перчатку, нахлобучил на голову шлем, взял щит в левую руку и вытащил из земли меч…

(фигасе. и сюда не влезло) - А зачем? – криво ухмыльнулся рыцарь. – Зачем кому-то везти выкуп? Зачем снаряжать отряды для спасения, ведь межевые рыцари, профессиональные мечники и прочие наемники тоже хотят денег. Зачем вообще напрягаться и тратиться, если есть сэр Брюс, который в любой миг должен бросить все свои дела и поспешит на выручку леди Ровене, как только услышит, что она попала в беду? - Э… полагаю, что сэр Брюс – это ты, - сказал дракон. - Ага, - сказал рыцарь. – Знаешь, сколько народу я уже убил из-за этой… леди? - Много? – попытался угадать дракон. - Больше, чем во всех войнах, в которых я участвовал, - сказал рыцарь. – А я, знаешь ли, участвовал во многих войнах, и никогда не отсиживался в тылу. - И как же тебя угораздило? – сочувственно спросил дракон. - По молодости, - признался рыцарь. – Мне было семнадцать лет, я выиграл первый в своей жизни рыцарский турнир, в финальной схватке выбив из седла самого сэра Барристана Отважного… Я был опьянен открывающимися передо мной перспективами, и провозгласил леди Ровену своей дамой сердца. - А благородный рыцарь всегда должен придти на помощь своей даме сердца, когда она попадает в беду, - догадался дракон. – Репутацию надо поддерживать. - Кто же знал, что эта леди притягивает беды, как… как… ну, словом, она и есть – одна сплошная ходячая неприятность. Уже десять лет я только и делаю, что избавляю ее от проблем. Мне уже прозвище дали – сэр Брюс Избавитель. Заметь, не Убийца Орочьих Шаманов, не Истребитель Огров или Гроза Некромантов, а Избавитель. Рыцарь снова сплюнул на траву. - Достало меня это все, - сказал он. – И зачем ты ее похитил? - Деньги были нужны, - сказал дракон. – Присмотрел себе небольшое угодье в западных землях, пещеры там хорошие, глубокие, не то, что здесь. Есть несколько хороших пастбищ. Заведу стада, найму пастухов, чтоб за ними присматривали, буду жить спокойно, ни на кого не нападая, ни с кем не сражаясь… Устал я, знаешь ли, от лихой драконьей жизни, покоя хочу. Одних только рыцарей за последних год штук восемь угробить пришлось. Крестьян-то я уже и не считаю, сбился со счета после той деревни, где они на меня с вилами поперли… И всего-то из-за одной тощей овцы… - Понимаю, - сказал рыцарь. – Я б тоже завалился в свой родовой замок, плевать, что он маленький, плевать, что сквозняки… Устроиться перед камином, пить горячий грог и слушать рассказы о далеких войнах и славных походах, в которых принимает участие кто-то другой… А вместо этого… Тьфу! - Слушай, а леди Ровена… зачем она это делает? - От скуки, - сказал рыцарь. – И потом, благородные дамы, находясь в компании других благородных дам, любят похвастаться теми неприятностями, в которые они попадают и из которых их выручают отважные рыцари. Она даже составляют рейтинги, кого большее количество раз спасали. Последние пять лет леди Ровена лидирует. Бессменно. - И это все ты? – спросил дракон. - Да, это все я. - И что ты с этого имеешь? - Ну… - рыцарь замялся. – Ее отец дружески похлопает меня по плечу и скажет, что я молодец. Леди Ровена назовет меня самым отважным, поцелует меня в щечку и пришлет служанок, чтобы те омыли мои раны… А ран каждый раз более, чем достаточно. Еще иногда подарит очередную ленточку на мое копье или еще какую-нибудь безделушку. У меня в спальне уже целый сундук это дребедени. - И все? – изумился дракон. - Все, - казал рыцарь. – А что еще-то? - Ну, золото, например. - Благородный рыцарь, спасающий свою даму сердца, в материальном поощрении не нуждается, - вздохнул рыцарь. – Нельзя за такое денег брать. Репутация дороже, сам понимаешь. - А это? – дракон сделал передними лапами характерный жест. - Этого ни-ни, - сказал рыцарь. – Благородные леди этим до свадьбы не занимаются. - И когда у вас свадьба? – поинтересовался дракон. - Ее за меня никогда не выдадут, - сказал рыцарь. – Мой род благороден, а сам я прославлен в боях, но... Слишком беден я, чтобы стать мужем леди Нортон. Да оно и к лучшему. Я уже присмотрел себе пару симпатичных селянок, да и маркиза де Кларье весьма недурна собой и совсем не прочь связать свою судьбу с отважным воином. - То есть, убивать за леди Ровену ты должен, а… - А больше – ничего, - подтвердил рыцарь. – Никаких прав, только одна почетная обязанность. - Странный ты человек, - сказал дракон. - Когда она выйдет замуж, проблемы лягут на плечи ее мужа, - сказал рыцарь. – Только замуж она еще нескоро выйдет, ее отец слишком придирчив в выборе женихов. А пока мне приходится отдуваться. Рыцарь надел обратно латную перчатку, нахлобучил на голову шлем, взял щит в левую руку и вытащил из земли меч… (фигасе. и сюда не влезло)